Пюхтицкий Успенский ставропигиальный женский монастырь

Блаженные старицы


Блаженная старица Елена (1866-1947)

«О, человече, учись Христову смирению, и даст тебе Господь вкусить сладость молитвы...
За то страдаем мы, что не имеем смирения. В смиренной душе живет Дух Святой, и Он дает душе свободу, мир, любовь, блаженство».
Стяжать смиренный дух «это великая наука, которую скоро не одолеешь».
Преподобный Силуан Афонский

Таллинское подворье Пюхтицкого монастыря
Таллинское подворье Пюхтицкого монастыря

Блаженная старица Елена (в миру Елена Богдановна Кушаньева) родилась 21 мая 1866 года в селении Верхний Остров Псковской губернии. Когда девушке исполнилось двадцать пять лет, она пожелала стать невестой Христовой. Благочестивые родители, Богдан и Анна, благословили дочь, решившую уйти в монастырь. Летом 1891 года Елена стала послушницей Пюхтицкого монастыря. Проходившая общие послушания рясофорная послушница Елена вскоре была назначена игуменьей Варварой уставщицей. При второй пюхтицкой настоятельнице игумении Алексии (Пляшкевич), управлявшей монастырём с 1897 по 1921 год, она несла послушание на монастырском Ревельском подворье.

Как-то матушка Елена возвращалась с подворья в Таллинне. За ней была послана из монастыря лошадь на станцию Йыхви (тогда Йевве), но пятидесятилетняя матушка Елена не пожелала ехать, а возвратилась в монастырь пешком, пройдя 25 километров от станции. После этого случая многие стали обращать внимание на её необычное поведение.

Подвиг юродства Христа ради связан, прежде всего, с победой над гордостью, ведь только смиренным Господь подает благодать. Подвиг юродства считается одним из самых тяжёлых, не каждый может прощать обидчиков, а необычное поведение юродивых всегда вызывало раздражение людей, не преуспевавших в духовной жизни. Блаженным было свойственно незлобие, они не только прощали обидчиков, но и молились о спасении их душ. Можно предположить, что перед возвращением в святую обитель матушка Елена была призвана Господом идти именно этим узким путём.

Сразу после возвращения из Таллинна блаженную Елену направили на послушание в Гефсиманский скит. В 1938 году блаженная Елена вернулась в обитель из Гефсиманского скита и поселилась в домике у калитки при Святых вратах, в крайней угловой келии. Многие сёстры уважали её, понимая, что блаженная старица, под видом юродства, скрывает свои подвиги. Но бывали случаи, когда за странные поступки блаженную осуждали. Вспоминает схимонахиня Фотина: «В церковь придет, встанет и громко ругается, а потом, уходя, еще и дверью хлопнет. Сестры сделают ей замечание: «Мать Елена, почему ты так ругалась в церкви?» — «Так разве вы не видели? Ведь полная церковь бесов была, я их все и выгоняла!» Вот как блаженная видела!»

Из воспоминаний схимонахини Варсонофии, поступившей в обитель в 1934 году: «В то время уже 68-летняя мать Елена была выше среднего роста, видная, крепкого телосложения, и все поступки ее были, как блаженной...

Бывало, встретишь ее и скажешь: «Мать Елена, благословите!» Она скажет: «Бог благословит!» А то ответит: «Не моя неделя». Или и вовсе молча пройдет. Ночью ее часто можно было видеть с кухни. Около 3-х часов ночи выходит и начинает вокруг собора ходить: то камушки собирает, потом их переносит, то опять на место кладет. И все это имело особенное значение. В обители издавна существует предание о том, что в 3 часа ночи здесь Матерь Божия является. Валаамский старец иеромонах Памва, по сохранившимся рассказам, неоднократно пюхтицким сестрам о том же говорил: «В 3 часа ночи у вас в обители Матерь Божия всегда ходит».

Странным своим поведением мать Елена привлекала внимание: то вдруг закричит, то замашет рукой, то даже ногой топнет — и все действия ее при этом были резкие, стремительные...»

Блаженная Елена спала очень мало: ночью пела и читала псалмы. Псалтирь знала наизусть. Блаженная старица тщательно скрывала свои духовные дарования, крест юродства ради Господа она добровольно несла до конца своей жизни.

Все уже знали: где должно что-то случиться, она начинает ходить туда; где плохо – там всегда она. Она не просто ходила, она очищала эти места молитвой. Она была до самой смерти рясофорной послушницей, все привыкли к её чудачествам. Сестры рассказывали, что когда она жила в Гефсиманском скиту, взяла раз клобук, разрезала наметку на полосы, заплела косой и так ходила.

К прозорливой старице часто обращались за духовным советом, многих блаженная старица утешала, одним предсказывала будущее, других вразумляла и обличала. Так, схимонахине Сергии она предсказала регентство — дала ей как-то ржавую вилку, держа ее вверх оставшимися двумя зубцами, как камертон, сказав при этом: «Бери, бери, тебе пригодится!» Очень скоро ту сестру перевели со скотного двора и назначили регентом.

Той же сестре как-то сказала: «Умрешь, тебе и «Святый Боже» не пропоют...» Расстроилась сестра... Умерла она на Пасху, и по уставу при отпевании пели пасхальные песнопения.

Следует отметить, что существует великая опасность, подстерегающая тех, кто удостаивается Дара Святого Духа прозорливости — это возрастающее почитание верующих людей, которые через них, получили исцеление, духовный совет или предостережение. Поэтому блаженная Елена, памятуя о том, что она лишь орудие в руках Божиих, «проводник благодати Божией», с кротостью говорила тем, кто просил её молитв и благословение: «Есть матушка, есть батюшка, а я кто такая?» Но при этом часто уступала просящим, и после второй- третьей просьбы могла и благословить.

Схимонахиня Елена (в 1947 году – послушница Ольга) вспоминала, что в 1947 году, только поступив в монастырь, пришла она с новоначальной сестрой Домной к старице Елене за благословением съездить домой за одеждой. Блаженная Елена тогда тяжело болела, ухаживала за ней её келейница пожилая монахиня Серафима (Димитриева). Когда послушница Ольга робко попросила благословения на поездку, то в ответ дважды услышала: «Есть матушка, есть батюшка, а я кто такая?» Лишь, после того как келейница вступилась за молодых послушниц, у которых не было теплой одежды и вещей для работы, и стала упрашивать блаженную старицу благословить их, старица Елена смягчилась и ласково сказала:

«Пусть едут с Богом, путь едут!». Вспоминает схимонахиня Елена: «Как только она эти слова произнесла, как камень с души упал, стало так легко и хорошо».

Из воспоминаний монахини Димитрии: «Мать Елена была великая прозорливая старица. Имея дар прозорливости, она видела человеческую душу – обличала и тайные помыслы. Мы были счастливые. Однажды иду я со скотного, а она жила тогда в домике у калиточки, увидела меня, открыла окно и говорит: «Мария, не осуждай!» И, правда, так и было. Скажешь: «Мать Елена, простите, помолитесь» – и сразу же станет легче».

Из рассказа схимонахини Сергии о блаженной старице: «Один раз иду я со скотного, а мать Елена увидела меня, подбежала, смеется, дала мне камешек и побежала дальше. Была она настоящая постница. Бывало, идет из Гефсимании, говорю: «Мать Елена, покушать хотите?» А она: «Молчи, молчи, ничего мне не надо»... Мокрая, грязная всегда. Скажешь ей: «Мать Елена, благословите постирать вам!» – «Не надо, не надо, я так буду ходить». Она не имела ничего лишнего из одежды, было у нее только самое необходимое...

Мать Елена любила меня. Когда я еще на скотном жила, иду, бывало, в ограду, она подбежит ко мне, засмеется и что-нибудь даст».

Блаженная Елена, помня слова святых отцов о том, что молитву гасит объедение, всегда довольствовалась малым. Преподобный Иоанн Лествичник писал: «Усохшая плоть не даёт вместилища бесам». Матушка Елена являла собой образец нестяжательства, доброты и прямодушия. Митрополит Сурожский Антоний рассуждая о монашестве, отмечал, что нестяжательство заключается в том, чтобы ни к чему не быть привязанным и ни от чего не зависеть.

Приведём свидетельство схимонахини Фотины о прозорливости блаженной старицы Елены: «...Вскоре после войны блаженная Елена одному нашему священнику предсказала, что он епископом будет (Архиепископ Таллиннский Роман, (†1963)). Как назначили его благочинным в 1949 году, она говорит: «А что? Еще и епископом будет!» И на следующий год он стал епископом...»

По свидетельству сестёр, когда повсеместно закрывались монастыри, блаженная старица предсказала, что Пюхтицкий монастырь не закроют, она предсказала и пожар на скотном дворе, заметив при этом: «Послушание и в огне не горит!»

Перед войной во время грозы ночью загорелся старый двор, необходимо было спасти животных. Старшей на скотном монахине Авраамии с трудом удалось вывести всех коров, потом она вспомнила, что в небольшом отсеке остался маленький теленочек. Накрывшись одеялом, она бросилась в пылавший двор и вывела теленка – только кончик хвоста у него обгорел, как рассказывали потом сестры. В ту ночь монахини и вспомнили слова блаженной Елены: «Послушание и в огне не горит!» (Монахиня Авраамия была много лет старшей на скотном дворе – по свидетельству сестёр, она была образцом послушания.) Всем стало ясно, почему блаженная Елена ходила ночами вокруг скотного двора – молилась, чтобы скот не погиб. (В том же году усердием благодетелей был построен новый каменный скотный двор.)

После этого события ежегодно 10 августа в монастыре совершается крестный ход вокруг Успенского собора с чтением молитвы иконе Божией Матери «Неопалимая Купина». Монахини благодарят Господа, что все в ту ночь остались живы и скот не погиб.

По рассказам монахинь, перед войной, когда блаженная Елена жила в Гефсиманском скиту, она часто ходила в соседнее село Яама и все крылечки в домах выметала. В войну всю ту деревню выселили, а потом она сгорела – так блаженная предсказывала приближавшуюся беду. Впоследствии Гефсиманский скит закрыли, и все сестры пришли в монастырь.

Святой праведный Иоанн Кронштадтский говорил: «Когда покроет тебя тьма окаянного – сомнение, уныние, отчаяние, смущение, тогда призови только всем сердцем сладчайшее имя Иисуса Христа, в Нем ты все найдешь и свет, и утверждение, и покой, найдешь в нем самую благость, милость, щедрость, все это найдешь в одном имени заключенным, как бы в какой богатой сокровищнице».

Острой болью в сердце подвижницы отзывались разрывы на полях сражений, старица непрестанно молила Господа, чтобы Он приблизил час победы над захватчиками. Милосердная душа блаженной сопереживала молодым сестрам, на долю которых выпало столько трудностей в годы войны, она молила Спасителя, чтобы Он поддержал их в годину испытаний, не дал впасть в уныние, дал силы выполнять тяжёлые работы. Молились и другие престарелые насельницы. Их молитвами и держались изнурённые тяжким трудом, голодные, страдающие от недосыпания сестры.

Из воспоминаний схимонахини Фотины: «В войну опасались, что молодых будут увозить (угонять на работу в Германию). За мной приехала из деревни крёстная. Перед отъездом пошла я к матери Елене и сказала: «Вот еду домой!» Она вздохнула только и говорит: «Ох, только вещи взад-вперёд возить!» И действительно, очень скоро я возвратилась: нигде себе места не находила.

Когда нас эвакуировали летом 1944 года в посёлок Альба под Таллинном, мать Елена выехала вместе с сёстрами (не все выехали, а часть сестёр)... Мы жили там в школе и на целый день уходили работать к владельцам хуторов – эстонцы нуждались в работниках, а тогда как раз убирали хлеб. Каждый день перед чудотворным образом служили молебны с акафистом Божией Матери, а по воскресеньям и праздникам службы совершались нашим священником отцом Александром. Вставали в 4 часа утра на полунощницу, в 8 часов шли работать – убирали хлеб, молотили. С пашни приходили в 11 часов вечера.

В сентябре помогали эстонцам убирать картофель. За это нас кормили, давали каждой по мешку картофеля в день, и мы привозили на общую трапезу для старых сестёр. Уже глубокой осенью вернулись в монастырь.

Мать Елена тогда всё молчала – ни слова никто от неё не слышал...»

Из воспоминаний монахини Наталии: «Когда я только в монастырь поступила в 1947 году, я на кухне жила, а мать Елена с матерью Асенефой в домике у калиточки, и она часто приходила на кухню. Придет, раскроет все двери, ходит и поет, тропари, стихиры поет – на память все знала. Однажды пришла к нам на кухню и говорит: «Девочки, живите в монастыре, не заводите подруг. Кто подругу заведет в монастыре, всех святых забудет, только будет угождать своей подруге». Это ее слова: «Пускай в монастыре все будут для тебя равны – все равные»».

10 ноября 1947 года, прожив в святой обители около 60-ти лет, блаженная старица Елена отошла ко Господу. По свидетельству сестёр перед смертью блаженная Елена говорила им: «После меня мать Екатерина остается... А после матери Екатерины никого не будет вам».

Похоронили старицу Елену с северной стороны монастырского кладбища недалеко от Никольской церкви. По сей день приходят верующие со своими нуждами на могилку к старице, просят её молитвенного предстательства перед Господом, и по вере своей получают просимое.

Рассказывает монахиня Надежда: «Почти полвека прошло с тех пор. Однажды иду я со скотного и слышу крик с кладбища, думаю: «Кто так страшно кричит?» Прихожу, а там больная лежит на могилке матери Елены – лежит и кричит сколько есть силы, и ее рвет... Потом больная ушла в кусты, приходит на могилку другая, и ее тоже рвет – и обе кричат, что есть силы. Я поняла тогда, что мать Елена великая была».

Издавна считалось, что если и после смерти подвижника чудеса исцеления и скорая помощь по молитвам праведника не прекращалась, значит, велика его молитва перед Господом, близок час его прославления.


Недалеко от Пюхтицкой обители в месте, где из Чудского озера берет начало река Нарва, по промыслу Божиему, отцу Василию Борину (†1994) надлежало восстанавливать Ильинский храм в деревне Васкнарва. Ему, как и Пюхтицким блаженным были чужды гордость и тщеславие, по своему глубокому смирению он не полагался только на свою силы (в противном случае он мог впасть в уныние, глядя на руины церкви, которую ему предстояло восстановить). Зная, что велика сила молитв Пюхтицких блаженных стариц, он часто посещал места их упокоения, чтобы испросить их молитвенного предстательства перед Господом. Для восстановления каменной церкви нужны были кирпич, доски, помощники. Отец Василий часто приезжал в Пюхтицу. Шёл на монастырское кладбище, молился на могилке блаженной старицы инокини Елены: «Старица Божия, помоги мне. Мне нужны и доски, и кирпич, а взять негде, помоги мне». Позже подходил с той же просьбой к могиле монахини Екатерины. И по вере своей всегда получал просимое. К октябрю 1978 года Ильинский храм в Васкнарве был восстановлен.

Своим духовным чадам отец Василий говорил: «Трудно будет – пойдите на могилку блаженной Елены, помолитесь, попросите, и Господь по её молитвам даст вам. Я когда был в скорби, в беде, нужде, когда бы к ней ни приходил, она мне всегда помогала».

Одна из духовных дочерей подвижника была свидетельницей того, как по молитвам блаженной Елены отцу Василию выдали цемент, хотя первоначально работники склада заявили, что цемента нет, из-за этого стоит строительство школы и больницы. Отец Василий спокойно ответил, что этого не может быть: «Я перед отъездом сюда заезжал в Пюхтицы, молился блаженной Елене, а она мне всегда помогает. Цемент для меня должен быть!» – и сел на стул. Чуть позже подошёл ещё один сотрудник склада, и, узнав о случившемся, спросил протоиерея Василия: «Может, это для тебя в тупике стоит вагон с цементом, в котором не хватает двух тонн? Давно идёт тяжба по этому поводу».

Отец Василий радостно воскликнул, что блаженная Елена его никогда не подводила, и он берёт цемент, и готов оплатить недостаток. Когда цемент привезли в храм, то оказалось, что там не было недостатка, а наоборот – избыток.

Из рассказа игумении Варвары (Трофимовой): «Часто отец Василий через нас – мимо Пюхтицы – проезжал. Зайдёт, бывало, на монастырское кладбище – и прямехонько на могилки к матушке Елене да к матушке Екатерине, блаженным нашим, и просит: «Старицы Божии, помогите мне. Я сейчас к матушке игумении пойду, у неё поклянчу немножко...

Вот по-простому поговорит на могилочках, помолится... И мне всё расскажет: «Матушка, уж так просил, так просил стариц Божиих...»

Я говорю: «Ну, батюшка, вас Господь не оставит».
– Вот, матушка, еду, там кирпич обещали, там немного дощечек... А ты мне что-нибудь дашь?
– Дам, батюшка, обязательно.
– Матушка, мне нужны леса. Развалы разбираем, внутри надо почистить, всё отсырело... Столько лет снег, дождь... Лет тридцать храм стоял открытым...
– Батюшка, не беспокойтесь, всё дадим, наш шофёр и отвезёт.

Вот так отец Василий и начинал. А как пошло дело! Он всё расчистил, заново заложил фундаменты трёх алтарей... Я много раз приезжала к нему и радовалась.

Днём работает, а вечером всенощную служит, со своими богомольцами молится. Никого у него в помощниках не было. Ни второго священника, ни дьякона. И причащал, и отчитывал, и молебны служил, и соборовал – и все один. Народ к нему пошёл. Приезжали из Петербурга, из Москвы – отовсюду, везли вещи, иконы, материалы, появились портнихи, маляры, штукатуры, повара... Кто шьет облачения, кто стряпает, кто штукатурит, красит, кто дрова пилит. Нашлись и художники, которых он сразу поставил орнаменты расписывать, а в дальнейшем приступили и к настенной росписи в Никольском приделе.

Отец Василий хотел, чтобы все «как по-старому было». Нашел старинные фотографии, у нас в монастыре тоже кое-что нашлось... «У меня будет церковь только трехпрестольная!»- говорил он».

Главный престол – в честь пророка Божия Илии, левый – во имя Святителя Николая и правый – во имя Иоанна Крестителя.

15 октября 1978 года митрополит Алексий совершил освящение Никольского придела восстановленного из руин Ильинского храма в Васкнарве. Отец Василий прослужил в этом храме до самой кончины, наступившей 27 декабря 1994 года.

Из воспоминаний схиигумении Варвары (Трофимовой): «Я очень любила отца Василия, просто преклонялась пред его мужеством и любовью. Это был истинный пастырь, духовный подвижник. Он горел весь. Привлекала в нем честность, прямота, подлинная открытость ближним. Если попросишь его о чем-нибудь — он, кажется, всю душу тебе готов отдать. И все от Бога полученные таланты вкладывал в Божие дело, в церковь».

26 августа 1999 года по благословению митрополита Таллиннского и всея Эстонии Корнилия был возобновлен Крестный ход из Васкнарвы (Сыренца) в Пюхтицу.

После кончины отца Василия в Ильинской церкви не было постоянного священника. Храм и хозяйственные постройки нуждались в капитальном ремонте. В сентябре 2002 года по ходатайству Владыки Корнилия вышел Указ Святейшего Патриарха Алексия Второго об открытии в Васкнарве Ильинского скита Пюхтицкого монастыря. К празднику Рождества Пресвятой Богородицы в скит были посланы из обители первые сестры. По милости Божией, началась реставрация храма и ремонт хозяйственных построек. (К 2005 году храм приобрел свой первоначальный вид – светлого трехпрестольного храма, а ранее в 1978 году был восстановлен лишь один придел, окна купола были закрыты потолком и сам купол был меньших размеров).

2 августа 2005 года в Васкнарве в Ильинском скиту Пюхтицкого монастыря после капитального ремонта был освящен правый придел храма в честь Иоанна Крестителя. По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, чин освящения храма совершил митрополит Таллиннский и всея Эстонии Корнилий в сослужении многочисленного духовенства.

Блаженная старица Екатерина (1889-1968)

«Агница Твоя, Иисусе, (имя святой мученицы) зовет велиим гласом Тебе, Женише мой, люблю,/
и Тебе ищущи страдальчествую,/ и сраспинаюся, и спогребаюся Крещению Твоему,/ и стражду Тебе ради,/
яко да царствую в Тебе,/ и умираю за Тя, да и живу с Тобою;/ но яко жертву непорочную приими мя,/
с любовию пожершуюся Тебе.// Тоя молитвами, яко Милостив, спаси души наша».
Тропарь общий мученице, глас 4

Блаженная старица Екатерина (1889-1968)
Блаженная старица Екатерина (1889-1968)

Матушка Екатерина родилась 15 мая 1889 года в Финляндии, в крепости Свеаборг, в семье военного инженера Василия Васильевича Малков-Панина. Василий Васильевич являлся выдающимся военным инженером, одним из непосредственных создателей (автором проектов наряду с известными профессорами Буйницким и Величко) фортификационных сооружений крупнейших военных укреплений России. Мать Екатерины, Екатерина Константиновна, была дочерью купца 1 гильдии, владельца Красносельской писчебумажной фабрики Константина Петровича Печаткина.

В семье было шестеро детей. Екатерина Константиновна готовила детей к светской жизни и её пугала «чрезмерная религиозность» старшей дочери. Екатерина очень любила посещать святую обитель, находивщуюся недалеко от их усадьбы. Девочка отличалась добротой и отзывчивостью, часто заступалась за прислугу, ей приходилось быть посредником между матерью и работниками, случалось, что выслушивала долгие упрёки, прежде чем получала просимое.

Семья военного инженера сначала жила в крепости Свеаборг, а затем переехала в Гельсингфорс (Хельсинки). В 1898 году Василий Васильевич Малков-Панин получил назначение в Главное инженерное управление, которое находилось в Петербурге, и семья покинула Финляндию. Спустя некоторое время семья перебралась в Гатчину, где в это время открылось Реальное училище.

Катя с сестрой ходила в гимназию, а братья – в реальное училище. Из воспоминаний брата Екатерины, Георгия: «Гатчина была выбрана моими родителями по ряду причин. Наша семья привыкла жить в небольшом городе, где дети могли заниматься спортом. Гатчина со своими замечательными парками была в этом отношении очень подходящей. Квартиру с садом и всеми службами сняли на Багоутовской улице — гатчинском «Невском проспекте»... Жилье располагалось недалеко от вокзала Варшавской железной дороги. Моему отцу на поездку в Главное инженерное управление в Инженерном замке требовалось меньше времени, чем на поездку туда с любой окраины Петербурга. Мне до Реального училища... нужно было 20 минут». (В мае 1904 года Георгий Васильевич Малков – ¬Панин закончил Гатчинское реальное училище первым учеником первого выпуска. В награду он получил роскошно изданное сочинение князя Ухтомского «Путешествие в Японию Цесаревича Николая». Книгу он получал лично из рук императрицы Марии Федоровны в Гатчинском дворце...)

В начале двадцатого века Екатерина училась на естественном факультете Бестужевских курсов, по окончании курсов в 1912 – 1913 годах работала в Энтомологическом обществе. В 1914 году Екатерина поступила на курсы сестер милосердия и одновременно стала работать в бесплатных городских больницах, позже работала в тыловом госпитале, затем перевелась в летучий отряд Георгиевской общины, сестры милосердия которого оказывали помощь раненым бойцам, которых выносили с поля боя.

Из воспоминаний схимонахини Серафимы (Демор): «Еще молодой девушкой во время Первой мировой войны она отправилась медсестрой на фронт, где ухаживала за ранеными, вынесенными прямо с поля боя. Здесь лицом к лицу она увидела человеческие страдания и смерть. Всё это окончательно отторгнуло её от светского образа жизни.

В 1919 году с семьей она отправилась в Нарву (Эстония была тогда уж самостоятельной страной), где нанялась к состоятельным людям в служанки и на работу в огороде, специально, чтобы приучить себя к физическому труду и подготовить себя к жизни в обители.

Недалеко от города Нарвы находится и город Йыхви, где в посёлке Куремяэ устроена на Святой горе обитель – Пюхтица. Сюда-то и направилась молодая 33-летняя послушница. У ворот монастыря ей повстречалась группа послушниц, идущих на полевые работы. Одна из них посмеялась над Катей, что она в шляпке, тогда Катя подошла к этой незадачливой послушнице и надела ей свою шляпку со словами: «Мне она больше не нужна, а вот тебе пригодится!». Что и сбылось в дальнейшем – послушница, не выдержав испытания, вернулась в мир.

Так, с первого своего шага в Пюхтицкой обители проявился чудесный дар блаженной матери Екатерины. В дальнейшем она усердно трудилась на всех послушаниях, исключая неожиданно некоторые (например, не хотела косить траву, вероятно из жалости к живой природе, к созданию Божию). Но во всех своих делах и поступках часто она казалась очень странной и сопровождала свои действия тирадой загадочных, несвязанных слов, из которых часть была обращена к конкретному лицу и событию. Что в точности сбывалось по её намёкам и предсказаниям...»

В число послушниц Пюхтицкого монастыря Екатерина была принята 5 июля 1922 года. С первых дней своей жизни в монастыре Екатерина стала вести себя необычно, странно, по временам юродствовала, но не совсем еще явно. Вскоре ее перевели в Гефсиманский скит. Она любила трудиться, добросовестно старалась исполнять послушания, но у нее все получалось необычно. Часто ходила босая, или в чулках, чаще всего в тапках, сшитых из сукна. В монастыре ей давали сапоги, но блаженная Екатерина дарила их верующим. Зимой блаженная надевала валенки, но не обшитые кожей.

Однажды в суровую погоду она шла в тапках по двору монастыря. Одна сестра, увидев ее в таком виде и сжалившись над ней, предложила: «Мать Екатерина, можно, я вам валенки дам?» Та остановилась, посмотрела на нее пристально. «Ну что ж, можно, – сказала, подумав, и, отойдя немного, обернулась и спросила: – А они не обшиты кожей?» – «Задники обшиты». – «Не возьму!» – «Почему, мать Екатерина?» «Потому что надо подставлять свою кожу, а не чужую», – сказала она.

Часто блаженная исчезала и подолгу не возвращалась. Так, однажды она отправилась в лес за грибами и несколько дней не возвращалась. За ней послали сестер, они нашли ослабленную многодневном постом подвижницу в шалаше на Красной горке, недалеко от деревни Яама. (Маленький, сплетенный из ветвей шалаш был наполнен грибами, они поместились в нескольких корзинах.)

Однажды блаженная Екатерина семь дней строго постилась (не ела и не пила), свидетельницей этого подвига была одна из монахинь, в её келье жила блаженная старица все эти дни.

Надолго запомнился насельницам монастыря поход блаженной Екатерины в поисках «старого стиля». После этого «похода» ей пришлось просить прощение у всех сестер. Это случилось тогда, когда Церковь в Эстонии перешла на новый календарь, в это время Эстония ещё не была присоединена к Советскому Союзу, и между государствами существовала граница. Пограничники задержали монахиню на советской территории, они требовали уплатить штраф, в противном случае грозили тюрьмой. Такой крупной суммы в монастыре не было, пришлось написать письмо брату блаженной Екатерины, он и выслал деньги. Пока шло расследование, подвижница томилась в заключении. ( Как знать, может быть, горячая молитва блаженной приблизила время «возвращения старого стиля» в монастырь).

В начале Отечественной войны Гефсиманский скит был ликвидирован. Все скитянки вернулись в монастырь, а матушка Екатерина в 1942 году была отпущена домой ухаживать за больными престарелыми родителями, которые жили в Таллинне. (Родители Екатерины переехали в Эстонию в 1919 году.) В 1942 году она похоронила мать и осталась жить со своим отцом. В Таллинне блаженная Екатерина посещала подворье Пюхтицкого монастыря и предсказала (почти за 20 лет) его закрытие. В 1947 году подвижница похоронила своего отца и вернулась в монастырь. (Родители монахини Екатерины – Екатерина Константиновна и Василий Васильевич похоронены на Таллиннском Александро-Невском кладбище.)

10 ноября 1947 года скончалась Пюхтицкая блаженная старица Елена, и блаженная Екатерина стала ее преемницей: взяв на себя самый тяжелый подвиг, начала открыто юродствовать.

Избранница Божия, водимая Духом Святым знала, что вся её дальней жизнь будет сопряжена с большими скорбями, но она верила, что Господь не оставит её, ведь без Божией помощи нести этот крест невозможно. Святые Отцы говорили, что не было бы скорбей, не было бы и спасения. Преподобный Никон Оптинский говорил: «В скорбях и искушениях Господь помогает нам. Он не освобождает нас от них, а подает силу легко переносить, даже не замечать их».

Одевалась матушка Екатерина своеобразно: летом ходила в черном хитоне, в белом апостольнике, поверх которого надевала черную шапочку или черный платок. Зимой на хитон надевала какую-либо кацавеечку легкую, иногда подпоясывалась белым платком. Теплой одежды (пальто и платков) не носила. По ночам блаженная всегда молилась.

Блаженная старица Екатерина советовала послушницам: жить просто, не осуждать других. Говорила, что причина осуждения – невнимательная духовная жизнь. Всех призывала бороться с гордыней, смиряться. Говорила, что гордость – поглотитель всех добродетелей. Учила старица и бережливости, сама относилась с благоговением ко всему, что даровал Господь, она в частности так говорила о воде: «За каждую каплю ответите».

Монахини вспоминали, что матушка Екатерина иногда налагала на себя особый пост, объясняя это тем, что собирается умирать, и обычно это было к смерти одной из сестер. Сестры заметили, что если блаженная говорила, что строго постится, потому что готовится к постригу в мантию, значит, вскоре должен был состояться чей-то постриг.

Из воспоминаний монахини Г.: «Один раз весь пост она лишь святую воду да частицы просфор вкушала, а в Страстную пятницу при всем народе яичко выпила. Кто же после этого поверит, что она постилась! Так она и делала, чтобы не замечали ее подвигов и считали просто глупой».

О приезжих богомольцах она говорила: «Странники Божии – к Матери Божией приехали!» Народ шел к матери Екатерине нескончаемым потоком. Многие приезжали в обитель специально, чтобы повидаться с ней. С каждым годом их число возрастало. На имя настоятельницы монастыря поступало много писем с вопросами к матери Екатерине и с просьбами помолиться. С приходящими к ней мать Екатерина вела себя по-разному: с одним говорила иносказательно, а кое с кем – и просто; с некоторыми подолгу беседовала, а других сразу же с гневом выпроваживала. Души людские были открыты ей. Приносимое ей почитателями тут же раздавала. Денег у себя не держала ни копейки, но раздавала с большим рассуждением».

По словам Иоанна Лествичника: «Кротость состоит в том, чтобы при оскорблениях от ближнего, без смущения и искренно о нем молиться». Блаженная Екатерина была кроткой и милостивой, она прощала всех, кто недоброжелательно относился к ней. Она молилась за тех, кто её недолюбливал, понимая, что Господь попустил это ради того, чтобы она молилась о спасении душ заблуждающихся, чтобы духи злобы отошли от обидчиков, сердца наполнились любовью к ближним, и вернулась к ним благодать Божия.

Когда одна из недоброжелательниц (монахиня средних лет) умирала в больнице от гнойного аппендицита, и врачи не в силах ей были помочь, блаженная горячо молилась о спасении её души. Она призывала молиться и других сестёр: «Молитесь! Молитесь! Мать Н. умирает! Она не готова! Молитесь...» По молитвам подвижницы монахиня Н., к удивлению врачей, выздоровела.

Преподобный Никон Оптинский говорил: «Гонения и притеснения полезны нам, ибо они укрепляют веру». Преподобный Симеон (Желнин) отмечал: «Желающий спасти свою душу должен помнить, что спастись невозможно без скорби и искушений, а посему и должен благодарить Бога за всё скорбное... Скорби есть по преимуществу удел спасающихся последнего времени: «многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие» (Деян.14, 22)».

По свидетельству схимонахини Серафимы, не все сестры любили мать Екатерину за её прямоту. Часть сестёр настояла на том, чтобы блаженную Екатерину отправили в психиатрическую больницу. Врачи не признали её больной, но в палате её сильно избили больные, научаемые бесовской силой. («И не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более того, кто может и душу и тело погубить в геенне» (Мф. 10,28).)

Вернувшись из больницы, матушка Екатерина поселилась в богадельне. Вспоминает одна из старейших насельниц монахиня Н.: «Когда я замещала старшую в богадельне матушку Капитолину, часто видела, как мать Екатерина уходила ночью молиться в поле. Придёт под утро вся мокрая. Почти никогда по ночам не спала, молилась. Или встанет ночью в 12 часов, помолится в углу, а потом к каждой кроватке подходит и поёт: «Се, Жених грядет в полунощи» – тихо так поёт вполголоса.

Монастырский сторож послушница А. рассказывала, что видела, как однажды подвижница холодной январской ночью, постелив на снег одеяло, всю ночь молилась.

Рассказывая о подвижнице, сестры вспоминали её замечательные большие серые глаза – иногда по-детски чистые, спокойные, ласковые, улыбающиеся, иногда серьёзные, строгие. Проникающие в самую глубь человеческих душ.

Духовник монастыря иеромонах Пётр (Серёгин) говорил: «...Отрешись от страстного омрачения своего ума и сердца и увидишь свет Божественный в себе, и на ближних твоих. Не забывай слова Апостольского: «Храм Божий вы и Дух Божий живёт в вас...» Именно этим и руководствовалась блаженная старица.

Имеется множество свидетельств о случаях исцеления по молитвам подвижницы. Мы приведем лишь несколько свидетельств из книги «Блаженные старицы Пюхтицкого монастыря»: «Сестра М. с тяжёлым заболеванием попала в больницу на длительный срок. Там она во сне увидела мать Екатерину, которая пришла к ней в больницу, благословила её крестом и сказала: «Я знаю, что тебе тяжело». Сестра М. проснулась и ощутила в душе благодатный мир. По истечении срока лечения в благополучном состоянии здоровья сестра М. вернулась домой. Спустя некоторое время сестра Г. рассказала ей: «Пришла я однажды к матери Екатерине, а она вдруг так строго и требовательно стала мне говорить: «Молись за М., ей тяжело в больнице. Ты должна за неё молиться!»»

По свидетельству сестёр, матушка Екатерина не благословляла обращаться к врачам. Вспомним слова святых отцов о том, что немощи подвигают нас к добру, и те, кто терпит их безропотно, просит Бога простить грехи и славит имя Его, помилован будет.

Рассказывает Мария из Кронштадта: «У меня болела нога, на ней были струпья, сыпь, нарывы – вроде экземы. Я поехала к матери Екатерине. Она велела снять чулок, посмотрела ногу и сказала: «Бог даст и пройдет!» Сняла с головы платок и повязала им мою ногу. Когда я приехала домой, нога стала чистой.

У мужа моего долго болело горло. Лечили его в Кронштадте, потом врачи направили его в Ленинград..., но и там ему не помогли. Поехала я в Пюхтицы. Вхожу к матери Екатерине, ещё не успела ничего сказать, а она спрашивает: «Как твой Иван там болеет?» «Горло у него болит», – отвечаю. – «Он ходит лечиться током?» «Да», – говорю. Тогда мать Екатерина послала к отцу Петру, чтобы он отслужил молебен. Возвращаюсь домой и говорю мужу: «Мать Екатерина не разрешила тебе лечиться током». А он отвечает: «А у меня ничего не болит, всё прошло уже!» А болел он долго, даже впал в уныние. И вот по молитвам матери Екатерины получил исцеление».

Из дневниковых записей духовника старицы иеромонаха Петра (Серёгина): «Юродство Христа ради или умышленная глупость. Этот вопрос хорошо разъяснила мать Екатерина. «Глупость есть грех, – сказала она, потому что человек не пользуется даром Божиим, закопав свой талант в землю, как ленивый раб». А о себе она сказала: «Я отказалась от своего разума, разумеется, для славы Божией, покорив Ему всю свою волю. Принесла жизнь свою в дар Богу. А Бог дарует человеку благодатный дар высшего рассуждения и прозрения. Откровение же Божие получается через молитву».

Позже духовник блаженной запишет в своём дневнике: «Ведение о мире и человеке надо искать, не в человеческих суждениях, а в откровении Божием, через чистую совесть. Ибо всё человеческое страстно, а совершенное получаем от Благодати Божией!»

Подвижница сумела очиститься от страстей. Можно предположить, что именно за великое смирение, детскую веру, простоту и незлобие она удостоилась даров Святого Духа – прозорливости и дара исцеления.

Иоанн Лествичник говорил: «Незлобие есть тихое устроение души, свободной от всякого ухищрения. Правота есть незрительная мысль, искренний нрав, непритворное и неподготовленное слово».

В письме одной своей духовной дочери блаженная Екатерина писала: «Когда я отдала свой ум Господу – у меня сердце стало широким-широким...»

Отец Пётр, почитая великую подвижницу, принявшую на себя подвиг юродства Христа ради, говорил, что по силе молитвы она ему мать.

В заупокойном синодике митрополита Мануила (Лемешевского) (1884 – 1968) над именем матери Екатерины было написано: «Из тех, кто не желал быть прославленными».

О скромности блаженной старицы свидетельствует следующий случай. Одна из насельниц монастыря при встрече с блаженной Екатериной не могла сдержать покаянных слёз. Матушка сразу же стала серьёзной и сказала ей: «Перед иконой надо плакать!»

В пятидесятые годы будущая матушка Глафира пришла к блаженной Екатерине вместе со своей подругой, которая, как и она, мечтала остаться в монастыре на всю жизнь. Этой девушке блаженная сказала, что в монастыре она не останется, и прибавила странные слова: «Иди в матушки!» – «Матушки-то ведь – это монахини», – подумали девушки и остались в недоумении. Но спустя короткое время не принятая в обитель девушка поехала на богомолье в Троице-Сергиеву Лавру, встретила там семинариста, который стал ее супругом, принял священство, – так она стала матушкой. А Глафире вскоре суждено было стать послушницей Пюхтицкого монастыря.

Однажды у одной женщины, которая была очень предана блаженной Екатерине, случилось несчастие: ее маленький сын упал с пятого этажа. Хотя мальчик дышал, врачи сказали, что вряд ли он выживет. Женщина стала кричать: «Мать Екатерина, помоги! Помоги, мать Екатерина!» – к удивлению врачей, мальчик выжил.

В начале 50-х годов служил в обители один иеромонах. Блаженная Екатерина носила цветной расшитый пояс, как у этого иеромонаха, и все не давала ему проходу: встанет во время службы напротив, у амвона, ругается и чудит. Вскоре этот иеромонах уехал в мир и женился, сняв с себя сан.

За много лет вперед прозорливая старица знала, кто станет Святейшим Патриархом. И владыке Пимену (Извекову), и владыке Алексию (Ридигеру) она предсказала Патриаршество.

Из рассказа схимонахини Серафимы (Демор): «Мать Екатерина могла предсказать дальнейшую судьбу человека. Так, например, когда в приходской церкви города Йыхви служил молодой, никому не известный иерей Алексий, она, входя в храм после службы, начинала петь: «Высокопреосвященнейший Владыко, благослови!» А батюшка, улыбаясь, с радостью выходил благословить блаженную. Всем это казалось шуткой. Но через много-много лет имя Первоиерарха нашей Церкви стало известно всем...

Мать Екатерина имела обыкновение утешать в скорбях. Раз она пришла в баню, где трудилась молодая послушница Валентина (в будущем – схимонахиня Валерия). И начала... рассказывать о чём-то, часто повторяя, как у неё закружилась голова, как она упала, и как много было крови... Когда наконец-то она ушла, Валя затопила печь в бане, и угорела от неё. Шатаясь, вышла на улицу, потеряла сознание и упала ничком на камень, сильно поранив лицо...

Мать Екатерину отличала удивительная любовь к сёстрам. Жизнь в обители тогда была суровая, и не всегда сёстры даже были сыты. Мать Екатерина выберется потихоньку в Йыхви, на деньги благодетелей накупит баранок, оденет их связками на шею... и затемно отправится из обители на покос. Косили сёстры далеко от монастыря, на покос ездили лошадями. Поэтому добираться до этого места надо было почти всю ночь. Рано утром сёстры выходят в поле косить, и вдруг видят, что через покос из леса мокрая по пояс от росы, вся унизанная баранками, улыбающаяся и искрящаяся любовью, идёт к ним мать Екатерина. То-то было радости от этих проделавших такой нелёгкий путь баранок!

Мать Екатерина могла предотвратить беду и оградить человека от опасности. Её слову доверяли и слушались совета. Так одну женщину (паломницу) мать Екатерина отговорила уезжать в назначенное время. И спасла тем самым её жизнь от аварии, так как автобус, на котором она собиралась ехать, разбился, и многие пассажиры пострадали...

Мать Екатерина несла непомерные подвиги поста и молитвы и отказывала себе во всём необходимом. Часто ночью её можно было встретить или около собора, или около источника Божией Матери, творящую молитву и умерщвляющую даже естественные телесные потребности. Подчас непонятно было где она жила, скитаясь по сестринским кельям, предсказывая своим появлением или переход в другую келью, или новые испытания.

Мать Екатерину очень почитали паломники и все миряне. Благодаря ей монастырь стал известен, так как многие ехали не просто в Пюхтицы, а к блаженной матери Екатерине».

В конце 1961 года, когда над обителью нависла угроза закрытия, блаженная Екатерина перед началом Великого поста 1962 года ушла в затвор, пребывала в посте и молитве до Пасхи... По её молитвам монастырь не закрыли.

Из воспоминаний монахини Е.: «Мать Екатерина спросила:
– Ты видишь, как святые идут в храм?
– Нет.
– А я вижу. Они приходят раньше людей. Идут, идут, друг за другом... Иди, иди скорей в храм, пока служба не началась.

Как-то зимой 1968 года я зашла к матери Екатерине, она меня спрашивает:
– Кто у нас игумен?
– Не знаю.
– Как же ты не знаешь, кто игумен? Кто помогает матушке?
Молчу.
– Вот кто игумен! – сказала она, указывая на портрет дорогого батюшки Иоанна Кронштадтского».

Однажды блаженной старице Екатерине было открыто, что во время службы сам святой праведный Иоанн Кронштадтский служил вместе с отцом Петром.

В апреле 1966 года архиепископом Таллиннским и Эстонским Алексием, будущим – Святейшим Патриархом, в Пюхтицком монастыре, келейно, в игуменских покоях был совершен постриг в мантию послушницы монастыря Екатерины с оставлением прежнего имени.

Последние годы своей жизни блаженная старица редко выходила из дому, больше лежала. Если вставала и где-либо неожиданно появлялась, то это было большим событием и значило, что в этом доме должно произойти что-то значительное.

Из воспоминаний монахини Г.: «...Это было в 1958 году. Много мне тогда доводилось быть с блаженной старицей. У неё была Иисусова молитва. Приду к ней – принесу обед или зайду спросить что-либо, а она лежит потихоньку, почти про себя: «Господи, Иисусе Христе...» Сколько раз так её заставала. Или слышу: «Господи, прости меня – прости всё!» С большим чувством это говорила и так учила. Апостол, Евангелие и Псалтырь всегда у неё были, и она часто их читала. Придёт кто-либо – вслух почитает, а одна – про себя читала... Часто слышала я от матушки в назидание: «Таково было сердце моё – всех утешать, а себя не жалеть!»

«Святые просили Бога не о том, чтобы Он отнял мучения и скорби, но о том, чтобы Он дал им терпение перенести их безропотно... Скорби... и мучения – это средства, это автомобили.. которые привезут нас в рай...» (Старец Ефрем Катунакский)

По рассказам монахинь, у блаженной старицы Екатерины постоянно было воспаление слизистой рта, она страдала хроническим насморком, в носу у нее были полипы, ей приходилось дышать ртом. Некоторые признаки говорили о болезни желудка, а почти постоянный приглушенный кашель – о болезни легких. Один Господь знал ее страдания, внешне она ничем их не выражала. В одном из последних писем блаженная написала: «Как легко взять на себя подвиг и как трудно его докончить…»

5 мая 1968 года, на празднование жен-мироносиц, матушку Екатерину приобщили Святых Христовых Тайн в последний раз. В этот день около умирающей старицы находились игумения Варвара, игумения Ангелина и благочинная монахиня Нектария.

«Мать Екатерина лежала на правом боку, покрытая мантией... В изголовье были положены Казанский образ Божией Матери, постригальный крест и свеча. По благословению настоятельницы из собора принесли чудотворный образ Успения Божией Матери, и им осенили умирающую.

По очереди стали подходить прощаться... Дважды прочли отходную, после чего сестра Е. стала читать акафист Казанской иконе Божией Матери... При чтении 13 кондака «О Всепетая Мати!» монахиня Екатерина тихо скончалась... Было 2 часа 19 минут по полудни...

После необходимого приготовления тела для положения его в гроб 12 уставных ударов большого монастырского колокола возвестили о кончине блаженной старицы. В 5 часов вечера гроб с телом почившей перенесли в собор, и сразу же была совершена первая панихида, после чего началась торжественное всенощное бдение на праздник святого великомученика Георгия Победоносца. После всенощного бдения снова была отслужена панихида, затем у гроба почившей началось неусыпное чтение псалтыри, которое прерывалось только службами и панихидами.

На другой день за литургией заметно прибавилось народу, а к вечернему богослужению храм был полон людей. После вечерней службы... многие остались у гроба на всю ночь и молились при чтении Псалтыри. На «славах» кафизм всенародно пели: «Со святыми упокой, Христе, душу рабы Твоея...»

Во вторник 7 мая после Божественной Литургии состоялся чин отпевания почившей старицы...

Погребена мать Екатерина у алтарной части Николо-Арсениевской кладбищенской церкви, с южной стороны». (Отрывок из книги «Блаженные старицы Пюхтицкого Успенского монастыря»)

По сей день монахини и паломники приходят на могилку блаженной Екатерины, чтобы испросить её молитвенного предстательства перед Господом. Имеются многочисленные свидетельства помощи подвижницы и после её блаженной кончины.

Рассказывает р. Б. Ф.: «По милости Божией в конце ноября 2007 года я с группой паломников из Риги приехала в Пюхтицкий монастырь. До начала вечерней службы было несколько часов, поэтому можно было сходить к Святому источнику. К тому же на следующий день мне очень хотелось причаститься, а в день причастия, как известно, не купаются, поэтому, не смотря на усталость, направилась к источнику в день приезда. (Ранее я слышала, что рядом с источником, есть купальня, вода в которой не замерзает даже в мороз, там круглый год происходят чудеса исцеления верующих.) В тот день был легкий морозец около -7 градусов. Путь лежал через монастырское кладбище, я в первую очередь решила отыскать могилку блаженной монахини Екатерины, чтобы испросить её молитвенной помощи. Могилку на заснеженном кладбище нашла сразу, дорожка к месту захоронения подвижницы была расчищена.

Рядом с убранной искусственными цветами могилкой у креста стояли свечи. Помолившись об упокоении души блаженной старицы Екатерины, я попросила её молитв , чтобы мне не испугаться в минусовую погоду погружаться в холодную воду. По молитвам матушки Екатерины на источнике окуналась, даже не думая о том, что вода холодная. Боялась лишь подскользнуться на обледенелых ступеньках, по которым предстояло спуститься в воду, крепко держалась за деревянный поручень. Холода я и не почувствовала. Трижды с молитвой окунулась и быстро оделась. Вода святого источника сняла усталость, я ощутила прилив сил, не вытираясь, быстро оделась и бодро побежала в гостиничный корпус, сама себе, удивляясь, откуда столько сил. Всё было замечательно, но когда я вернулась в келью, ощутила сильное головокружение. Нужно признаться, что сосуды у меня слабые, головные боли и головокружение бывает довольно часто. Пришлось вернуться на кладбище и просить молитвенной помощи блаженной.

Когда я набрала в ладони снег с могилки матушки Екатерины и умылась, стало значительно легче. А после того как я отыскала могилку блаженной матушки Елены, помолилась об упокоении её души, попросила молитвенной помощи и приложила снег с её могилки ко лбу, сразу почувствовала облегчение. В благодарность за помощь я зажгла свечи на могилках подвижниц, которые оставил кто-то из паломников ранее. (Небольшая свеча в пластиковом стакане у могилки блаженной старицы монахини Екатерины, рассчитанная на несколько часов, горела гораздо дольше обычного (часов 15), на следующий день, обнаружив это, я очень удивилась. Действительно, чудеса на могилке не прекращаются.)

Перед отъездом я набрала немного снега с могилок обеих подвижниц. Через несколько дней уже дома, я внезапно почувствовала невероятную тяжесть, плечи сковало, будто кто-то взвалил на них тяжёлый мешок, тут же стало ломить руки. (Так уже было несколько лет назад, легче становилось после прочтения акафиста святителю Николаю и псл. 90). В этот раз я сразу протёрла плечи и руки талой водой с могилок подвижниц со словами «Да воскреснет Бог и расточатся врази Его!». И боль моментально прошла. Слава Богу за всё!

Удивительно то, что в комнате на столе стояло несколько флакончиков с освященным маслом, Святая вода из Пюхтицкого источника, но я почему-то тут же схватила эту бутылочку, подсознательно надеюсь на скорую помощь подвижниц, могилки которых недавно посетила. Я неоднократно слышала, что перед прославлением святых Божиих по их молитвенному предстательству бывает особенно много чудес. Вероятно, скоро Господь прославит своих избранниц!

Упокой, Господи, души блаженной старицы Елены и блаженной старицы Екатерины, со святыми упокой, и их молитвами спаси нас!»


Духовные советы и наставления блаженной старицы монахини Екатерины

Гордость – поглотитель всех добродетелей.

У послушников должна быть не своя воля, а Божия!

Бог дарует человеку благодатный дар высшего рассуждения и прозрения. Откровение же Божие получается через молитву.

Обходитесь с ближними ласково, весело и с любовью... Служите им с любовью, кротостью и терпением... Вы тогда будете спокойны, когда будете иметь терпение, смирение и любовь.

Удерживай себя от гнева и раздражения. Приучайся прощать обиды...

Молодой послушнице, у которой часто менялось настроение, старица посоветовала: «Надо поставить себя твёрдо и работать над собой, чтобы подвиг твой был ко спасению».

При унынии старица советовала непрерывно повторять: «Господи, спаси мя, погибаю! Господи, спаси мя, погибаю!»

На вопрос: «Как спастись?» Блаженная Екатерина отвечала: «Живи просто. Старайся меньше осуждать. Осуждение – от невнимательной духовной жизни».